— UL-PEOPLE.ru

«Цвих» – рок-группа из 62-х человек

«Меня в жизни интересуют три вещи: музыка, компы и лингвистика! Об этом я готов общаться часами!» – так начал, только узнав об интервью с ul-people.ru, Дмитрий ПАЛЬМИН – бас-гитарист и один из основателей ульяновской группы «Цвих», композитор и автор текстов.

- Давай поговорим о музыке. Дим, как появился бас в твоих руках?

- Сначала там появилась гитара. Причем, учитывая, что я левша, а гитару мне купили праворукую, она больше пылилась в кладовке, чем реально использовалась. Все изменилось, когда я взял в руки гитару своего знакомого левши, который просто перетянул струны на другую сторону, вот тогда я вдруг заиграл. За 10 минут я выучил четыре новых для себя аккорда и почувствовал и гитару, и музыку. После этого я пришел домой, достал из кладовки свою гитарку и перетянул струны. А бас появился в моих руках спустя годы… Это был Musima 25 DeLuxe, доставшийся мне в наследство от друга, решившего завязать с музыкой. Я тогда пытался вписаться в коллектив играющих ребят, и с этим басом, на котором мы, кстати, тоже переставляли струны, стал его частью.

- Что ты тогда играл?

- Примерно то же, что и сейчас, только хуже. Хочу заметить, что мне тогда был 21 год, я жил в городе Тосно Ленинградской области, и это был первый мой инструмент, который строил. До этого все мои гитары с перетянутыми струнами дико фальшивили. Все потому, что я не мог правильно выстроить мензуру, переставляя струны с одной стороны на другую (мензура – фактическое расстояние струн от верхнего до нижнего порожка струнных музыкальных инструментов – прим. ред.). Потом я переехал в Ульяновск, и вместе со мной переехал мой бас.

- Как прошли ваши первые годы в Ульяновске?

- Наши первые годы прошли по раздельности. Я работал, тусовался, а бас лежал в чехле под кроватью. Периодически я доставал его оттуда со словами: «Смотрите, что у меня есть!» Демонстрировал ахавшим и охавшим друзьям и убирал обратно.

- Когда же он увидел белый свет по-настоящему?

- А пришли как-то в гости знакомые музыканты, и в разговоре между делом промелькнуло: «Завтра мы записываем альбом, только вот у нас бас-гитариста нет! Ну да ладно, найдем где-нибудь, какого-нибудь…» И тут я жестом прожженного фокусника со своей коронной фразой: «Смотрите, что у меня есть!» достаю свой бас. На следующее утро немного помятый я и мой шесть лет пролежавший под кроватью бас, с корродированными струнами и поведенным грифом, отправились записывать альбом. Каким-то чудом нам удалось записать басовую партию, которую я выучил за один раз.

 - А как появился «Цвих»?

- С тех пор как мы с моим басом записали ту партию, я больше не забрасывал музыку. Было много групп, где я поиграл, но чего-то своего, постоянного не было. И вот в конце 90-х я познакомился с замечательной девушкой по имени Ольга и посетовал ей на то, что играть мне что-то не с кем, а так хочется использовать написанный мной материал, которого немало. На что она твердо заявила: «Так собирай команду, что тебя держит-то?» Ольга познакомила меня с Ириной Ильиной, потом к нам приблудился наш первый гитарист Павел Гусынин, которого все называли Белый. Так и появился «Цвих».

- Откуда такое название?

- Это совершенно спонтанная придумка. Слово, вырвавшееся у нас с Ириной, когда Белый нас просто «достал» своим: «А как мы называемся-то?» Мы просто на эмоциях чуть ли не в один голос выпалили ему: «Цвих!» Он на этом успокоился, а мы нашли название.

- А что оно означает?

- Да ничего оно тогда для нас не означало. Это был просто красивый набор букв. Только спустя время мы узнали, что на идише «цвих» значит «чирик, чириканье», а на одном из диалектов в Западной Белоруссии цвихами называют гвозди.

- Что происходило с командой дальше?

- Несмотря на то, что «Цвих» существует с 1998 года, первое сольное выступление у нас было только в 2004 году в Доме учителя напротив гостиницы «Советская», хотя до этого мы играли на концертах вместе с другими командами и в клубах, и на фестивалях. Репетировали тогда, как и почти любая начинающая команда, в школе в Киндяковке. Как ни странно, гопниками гоняемы не были, играли себе тихо-мирно, наигрывали опыт. С тех пор состав «Цвиха» менялся уже много-много раз, менялось и звучание. Не поменялся только я.

- Какой состав ты считаешь истинным?

- После того, как распался первый состав «Цвиха», я думал, что тут-то все и прекратится. Но в определенный момент появилась Наташа Плаксина, этот момент принято называть ключевым. Потом, гораздо позже, пришел Олег Белов. Без этих двух ребят я ничего бы не сделал! Вот себя, Наталью и Олега я привык считать ядром «Цвиха». И если я – автор текстов и композитор, то они – это аранжировщики.

- Как в команде появлялись новые люди?

- Это чаще всего были ребята, которые приносили свой свежий, интересный материал. Мы и отбирали их по такому принципу: «О-о-о, клевый вокал, такого у нас еще не было! О-о-о, клевые клавишные! И так далее». Поэтому «Цвих» в разных альбомах, которых записано всего девять, настолько разнозвучен! Вообще в «Цвихе» за 12 лет в разное время поиграло 62 человека! И каждый привнес что-то свое, что-то уникальное.

- А кем кроме тебя писались музыка и тексты?

- Кроме меня материал всегда приносили новенькие. Почти каждый. И из всего того, что эти ребята приносили, я отбирал что-то наименее стремное. Кстати, та же Наталья приносила вещи лучше, но я их отметал. Жаль, что Наташа после девятилетнего пребывания в команде покинула нас прошлой осенью ради Перми и будущего мужа. Но у «Цвиха» всегда была свежая кровь!

- Я знаю, что ты периодически играешь в других группах…

- Да, иногда меня зовут в другие команды в качестве сессионщика. Сейчас вот играю с группой «Пешком». А бас теперь беру в руки каждый день. Шестилетнего перерыва в моей жизни больше не было!

- Не жалеешь, что переехал в Ульяновск?

- Ульяновск – это совершенно особенный город. Во-первых, он очень красивый, здесь очень добрые и сочувствующие люди. Во-вторых, учитывая мое увлечение лингвистикой, мне безумно нравится, как здесь говорят. Очень певуче, протяжно. Если отключить «понималку», не слушать слов, а слушать только речь, то она похожа на песню. В-третьих, он странный, ведь это, наверное, единственный город, где аборигены так не любят свой город. Если ты встретил человека, который говорит, что он любит Ульяновск, то это с точностью в 90% будет приезжий! Так вот, я люблю Ульяновск!

 Текст – Катерина Лобос
Фото – Юлия Липатова