— UL-PEOPLE.ru

Сокуров сравнил ульяновского зрителя с венецианской публикой

На этой неделе в Ульяновске прошла российская премьера «Фауста». Александр Сокуров привез картину-победитель 68-го Венецианского фестиваля в заключительный день Международного культурного конгресса. Показ проходил в Большом зале Мемцентра, в котором специально для пленочного фильма пришлось перенастраивать всю технику. Тем не менее, первые полчаса показа звук шел с заметным опозданием от картинки. Но из 1200 зрителей, заполнивших зал до отказа и сидевших даже на ступеньках, в первые полчаса ушли всего двадцать человек.

- Все время фильма я наблюдал за залом, – признался потом журналистам Александр Сокуров. – Я вообще согласился на этот показ для того, чтобы посмотреть, как зритель в нашей стране воспримет такие работы, нужны ли они. Мне было очень важно понять, какое настроение было в зале. Реакция ульяновцев практически повторила реакцию зала в Венеции, где просмотры тоже проходили в огромных залах. Причем венецианская кинофестивальная публика изначальна готова к такому кино и  по-доброму расположена к нашей работе.

Восприятие в Ульяновске тоже было прекрасным. Моя сердечная благодарность удивительному залу, который в полной тишине, великом терпении и, надеюсь, понимании, смотрел то, что такими стараниями сделала наша интернациональная съемочная группа.

Несмотря на впечатление от публики режиссера, реакция зрителей на картину была очень не однозначной. После показа в фойе долго не утихали разговоры. Люди, с таким рвением желавшие посмотреть «Фауста» делились впечатлениями.

- Нельзя показывать такие картины неподготовленному зрителю. К тому же, это же не «Аватар», чтобы приводить сюда детей!

- Картина очень глубокомысленна, много символизма, поражает игра светом и цветом, отражающая душевный настрой героев в данный момент.

- От книги, конечно, мало что осталось. Думаю, тем, кто не читал «Фауста» стоит его прочитать, а тем, кто читал – перечитать.

- Фильм итак достаточно тяжелый сам по себе, а грубый, жесткий немецкий язык вообще выбивает из колеи. Но сокуровский “Фауст” однозначно понравился.

На следующий день режиссер дал развернутую пресс-конференцию.

- Как вы выбирали актеров на роли главных героев? Ведь актерский состав получился совсем уж интернациональный.

- Я отсмотрел тысячи актеров в Германии, Исландии, Австрии, Норвегии, Чехии, Швеции в необходимой мне возрастной категории. Сначала работал с картотекой, потом в актерском бюро. Затем встречался с людьми и давал им задания – сделать небольшие актерские этюды. Роль «Фауста» я отдал Йоханесу Цайлеру, представителю Венского драматического театра, который известен блестящими академическими основами. Это великая Австрийская театральная школа. И, я думаю, что не ошибся.

Этот актер безукоризненно владеет своей профессией и обладает великолепным человеческим благородством. Маврикия-ростовщика сыграл основатель театра DEREVO Антон Адасинский. Его я знаю уже много лет. Когда он еще был молодым человеком, я пробовал его на одну из ролей в своем фильме. Но по ряду причин не утвердил. Однако следил за развитием его актерской карьеры. Считаю, что у Адасинского уникальное дарование. Он актер пластического театра, в котором, как известно, слов не говорят. На эту роль я хотел именно актера с пластическим дарованием. И мне надо было, чтобы была принципиальная разница между характерами Фауста и Ростовщика.

- В тетралогии, куда входит и «Фауст», вы затрагиваете тему «человек и власть». На сегодняшний момент она для вас исчерпана?

- У меня никогда не дрожали коленки при разговоре с президентом или кем-либо другим, занимающим высокий пост. У меня такого страха нет даже на физиологическом уровне. Я об этом говорю, потому что многие при таких встречах испытывают страх. А мне всегда было любопытно. И вообще, нужно понимать, что те люди, которые стоят у власти и руководят нами, это только некое отражение нас самих. И народ всегда участвует во всех преступлениях, которые совершаются в стране. И обвинять какую-либо группировку в определенных поступках и действиях – это полная дурость и самообман.

Кстати, немцы практически единственный народ, который оказался в состоянии взять на себя ответственность. Русские, американцы, итальянцы пока не смогли. Но чтобы иметь такой внутренний навык, надо хлебнуть того, что хлебнули немцы. Кроме того, у них был Гете. Считаю, что «Фауст» – фантастическое произведение, определившее развитие всего 19 века. Если бы не было «Фауста», возможно, не появился бы Достоевский, Пушкин… Гете за очень многих подумал. Он был великий естествоиспытатель.

- Вас не расстраивает, что ваши картины не показывают в широком прокате в России? Какова дальнейшая прокатная судьба «Фауста»?

- Сейчас я не испытываю уже никаких чувств по этому поводу, потому что, если я буду включаться в эту проблему, то у меня не будет никаких сил что-либо делать. Я понимаю, что в сложившейся ситуации есть как объективные, так и субъективные факторы. Одна из причин отсутствия моих картин в прокате состоит в том, что я не являюсь частью кинематографического процесса и не разделяю каких-то групповых позиций, поэтому меня не поддерживают. Но в тоже время я стараюсь работать в различных направлениях, поэтому не тесно связан с кинематографическим процессом.

Для меня понятно, что мне надо сделать. Но не совсем понятно, когда то, что я хочу, можно сделать. Поэтому нет никаких огорчений, и я всегда благодарен тем, кто дает какую-либо возможность представить наши работы зрителям. Я не включаюсь в борьбу за показ. Я не являюсь ни чьим соперником в кинотелевизионном пространстве. Я не участвую в русских фестивалях, чтобы никому не мешать. Но у меня есть такое убеждение, что фильму зритель не нужен, это зрителю нужен фильм. Дальнейшая прокатная судьба «Фауста» пока непонятна. У нас до сих пор не определено, кто будет заниматься этим вопросом. Сейчас вообще существует только одна прокатная копия в России (еще две в Италии), которую я к вам привез.

- Какие книги вы читаете, что читаете сейчас и что из последнего прочитанного вам понравилось?

- Моя домашняя библиотека на 98 процентов состоит из книг, которые я уже прочел. В основном, это классика XVIII-XIX века. Современных книг у меня практически нет, я не совсем понимаю прозу и поэзию современников. В этом смысле я, наверное, отстал от жизни. Недавно я перечитывал прозу Солженицына. Причем, интерес у меня был чисто лингвистический. Я хотел узнать, каким образом этот великий писатель обращается с языком и со словом, как он работает с эстетикой предложений.

Это мой интерес как человека, который считает русский язык божественным. Его нужно еще и еще изучать. Я считаю, что плохо знаю и владею этим языком, у меня недостаточный словарный запас, и подкорректировать это можно с помощью литературы. До этого у меня на столе был Бунин, я перечитывал Платонова и кое-что из переписки Чехова. Пусть и нехорошо печатать и читать личные письма, но почему-то рука тянется. Хочется еще раз “услышать” чеховскую интонацию.

Текст – Катерина Лобос
Фото – Юлия Липатова

  • http://www.filmsense.ru/?p=254 Ульяновск – Сокуров | Журнал "Filmsense" – О кино по-другому Ульяновск – Сокуров |

    [...] На этой неделе Александр Сокуров посетил Ульяновск, который стал первым городом России, увидевшим Фауста. Наши коллеги из Ульяновска прислали нам ссылку на свой ресурс, на котором они написали о встрече и опубликовали расшифровку пресс-конференции. Мы с удовольствием приглашаем наших читателей посетить ульяновский сайт. [...]